Вопрос, который выглядит наивно, пока не попробуешь ответить
nn
Есть старая шутка про физика, который объяснял, как устроена Вселенная, а в конце добавил: «А вот из чего она возникла и почему — это уже метафизика, то есть мой коллега из соседнего здания». Смешно ровно до того момента, пока не начинаешь понимать: в шутке спрятана очень неудобная правда. Наука не просто пока не знает ответов на некоторые вопросы. Есть подозрение, что она не получит их никогда.
nn
Журнал Scientific American собрал список таких загадок, и он получился тревожнее, чем привычные подборки «десяти нерешённых проблем науки». Одно дело — не знать, как устроен конкретный белок. Другое — подозревать, что сам наш способ задавать вопросы упирается в стену.
nn
Дальше — несколько таких сюжетов. Попробуйте по ходу чтения честно ответить себе: есть ли у вас хотя бы смутное представление, как это можно проверить экспериментом?
nn
Трудная проблема сознания: почему красное — это красное?
nn
Представьте, что вы объясняете роботу, что такое боль. Перечисляете: датчики давления в тканях, сигнал по нервным волокнам, реакция миндалины, выброс кортизола, поведение «отдёрнуть руку». Робот кивает: понятно, все входы и выходы описаны, поведение воспроизводится. А теперь вопрос на засыпку: он что-нибудь почувствовал?
nn
Вот здесь начинается то, что философ Дэвид Чалмер
